До чего же они в конце концов договорятся…

  2 комментария к записи До чего же они в конце концов договорятся…

всегда волнителен для наших жителей почтенного возраста, и они ищут любые «ходы», чтобы облегчить свою участь…

— Мистер Гонтмахер, учитывая ваш преклонный возраст, экзамен на гражданство мы проведём на русском языке. Мистер Гонтмахер, вы слышите меня? Что вы смотрите наверх?
— Что-то сказали по радио…
— Это — не радио, это я разговариваю с вами. Я!
— У меня правое ухо не слышит.
— Хорошо, я скажу слева.
— А слева я не вижу.
— Как же вам задавать вопросы?
— Лучше через мою жену Фиру, она всё знает.
— Нельзя. Интервью — с вами. Вопросы будут по анкете и истории Эстонии.
— Вот! Если я из России, так всё на одну голову!
— Мистер Гонтмахер, как ваша фамилия?
— Леннарт Мери.
— Ваша фамилия. Ваша!
— Сависаар. Мне сказали, если не Мери, то Сависаар.
— Мистер Гонтмахер, вы не поняли вопроса.
— Что вы придираетесь, мне 98 лет! Я что помню, то помню.
— Сколько вам лет?
— 112.
— Вы же сказали — 98.
— Я округлил.
— В вашей анкете в графе «Minu nimi» вы написали шесть имён. Вы разве аргентинец или бразилец?
— Нет, я — евреец. Но я написал всё, как было. Когда я родился, меня называли Мотя, в школе — Митя, на работе — Дмитрий Иванович, хотя по паспорту я — Абрам Исаакович. В разведку, в войну, я ходил под кличкой Ганс, а мои позывные были «Сокол». «Я — Сокол! Я — Сокол!» Я же не мог кричать в эфир: «Я — Абрам», таких позывных не было. А здесь, в Эстонии, я — Райво. Фермер из Пылтсамаа.
— Мистер Гонтмахер, вопрос по истории. Кто победил под Вынну?
— Вы что-то спросили?
— Была война Эстонии с Германией…
— Какая война, вынимали Челюскина со льдины, как сейчас помню. Его еле сняли от туда.
— В Эстонии! 85 лет назад
— Слушайте, вы меня запутали. Фашисты меня пытали, я ничего не сказал, коммунисты пытали, я ничего не сказал, жена 53 года… Я — молчаливый человек. Но если вас интересует, кто победил, то я скажу — НАШИ.
— Какие «наши»?
— А кто был на юге? Белогвардейцы, Махно, Петлюра. А Красная Армия — на севере…
— Мистер Гонтмахер, мы говорим об Эстонии. Эс-то-ни-и!
— А что Эстония? Антанту помните, ей тоже досталось!
— Скажите, какой праздник «24-го февраля».
— Это я знаю!
— Слава Богу.
— «24-го февраля» я запомнил на всю жизнь!
— Ну?
— Такой простой вопрос: как я могу забыть «24-го февраля»?
— Ну, так скажите!
— «24-го февраля» мы с Фирочкой расписались!
— «24-го февраля» — День Независимости.
— Вот независимость я как раз потерял, но я не жалею.
— А что значит «Яани Пяев»?
— Это, когда едят кровяные колбаски.
— И когда же этот день?
— У меня — каждый день! Я уже говорю Фире: «Сколько можно?» Она говорит: «Хорваты научили эстонцев делать кровяные колбаски, и теперь их некуда девать». — «Так я что, должен за всех отдуваться?» Жена: «Завтра будет «Мульги капстад».
— Мистер Гонтмахер…
— Называйте меня просто Аба, вы мне так симпатичны. Вы, случайно, не еврей?
— Нет.
— Это так, к слову пришлось.
— Мистер Гонтмахер, ещё вопрос: Когда появилось государство Эстония?
— когда Фима Розенблат к вам уехал. Он уехал раньше всех, а потом уже вызвал остальных.
— Вашего Фимы тогда и духу не было.
— Это вы зря. Вы поговорите с Фимой, он помнит Царя Соломона. Он у вас проходил интервью на гражданство?
— Нет.
— Какой же он эстонец?
— Мистер Гонтмахер, вы изучали Историю Эстонии?
— А как же, 3 месяца!
— Хорошо, расскажите, что вы запомнили.
— Что я запомнил? Один гешефт.
— Какой гешефт?
— Когда вся Россия везла за копейки к вам металл. Где я был в это время? Я бы дал на один доллар больше и сейчас имел бы весь Таллинн, а не эту однобедрумную нишу. Как хороший гешефт, так меня там нет.
— Мистер Гонтмахер, последний вопрос: зачем вы хотите стать Гражданином Эстонии?
— Честно?
— Честно.
— Для Зямы, моего приятеля, он остался в Бердичеве. Я приеду к нему, покажу ЭСТОНСКИЙ ПАСПОРТ, он посмотрит и воскликнет: «Этот шлимазл таки стал эстонцем!»

Комментарии

blogsiam